Пока горит свеча…

Знаю эту женщину много лет, прежде всего, как очень активного внештатного автора нашей газеты. В те далекие годы — 50–60–70–80-е — жизнь в поселке Белый Городок очень активно освещали три селькора — Георгий Розин, Виктор Головко и Ида Толстенева, подключившаяся к собратьям по перу чуть позже. Вот так на протяжении многих десятилетий они писали летопись своего поселка, сами того не ведая. Писали об удачах и неудачах, о проблемах и победах, о людях своего поселка. Газета запечатлела все. Естественно, рабочие и сельские корреспонденты были надежной опорой газеты. Лучше их никто не знал ни людей, ни того положения дел в своей деревне, поселке, фабрике, заводе… Готовые биться за правду, не взирая ни на чины, ни на звания, далекие от столичного пиара, пользовались заслуженным уважением у простого народа, хотя зачастую были очень неудобны начальству.

Сегодня речь пойдет об одной из этой «троицы» — Иде Романовне Толстеневой. Давно нет в живых Георгия Давыдовича Розина, тяжело болен Виктор Васильевич Головко (к счастью, сопротивляющийся своей болезни), а вот Ида Романовна по-прежнему активна. Она, как и в былые годы, хочет быть полезной своим землякам, своему поселку, где, собственно, прожиты лучшие годы. Да, лучшие, хотя и трудные, с невзгодами и бедами, но лучшие, потому что эти годы молодые, когда берется любая высота, преодолеваются любые трудности, лишь потеря близких и предательство оставляют рубцы на сердце и в душе. С судьбой спорить бесполезно: как она предопределила, так и будет. Вот и у Иды Романовны всякое было в жизни.

Детство ее, как и у многих ровесников, было опалено войной — голодное, голоштанное, трудовое. Дети войны на равных работали со взрослыми в поле, в цеху… Безмерно радовались победной весне 1945 года. С детства Ида была большой труженицей, но при этом веселой, заводной девчонкой и бесконечно доброй. Свет этой доброты она сохранила по сей день. Многое чего передается детям генетически от родителей, доброта — тоже. В семье Храмовых, где родилась Ида, было принято заботиться и защищать тех, кто в этом в первую очередь нуждается и не может сам постоять за себя. Беспокойный человек, хлопотун — так отзывались белогородцы об отце Иды Романовны, Романе Васильевиче Храмове, председателе Белогородского поселкового Совета, который он возглавлял с марта 1953 года по октябрь 1960 года.

Действительно, «большое и светлое здание средней школы, благоустроенные улицы и стадион, бульвар и здание клуба — все это было создано, когда Роман Васильевич был мэром рабочего поселка» — прозвучало по радио 17 октября 1977 года. В радиопередаче рассказывалось о семье Храмовых, о его дочерях, в том числе, и о депутате поселкового Совета Иде Романовне Толстеневой, старшей дочери Романа Васильевича. Говорилось, какую заботу и внимание она проявляет к людям, сколько дарит им тепла и доброты, решая их проблемы, особенно если эти люди инвалиды и ветераны Великой Отечественной войны. Приводились конкретные факты. Радиопередача так и называлась «Преемственность добра», а написал заметку и отправил ее на радио Георгий Розин.

Ида Романовна всегда была в гуще людей. Деятельная, энергичная она притягивала к себе как магнит, на нее можно было положиться. В 1950 году ее направили старшей пионервожатой в Белогородскую, тогда еще неполную среднюю школу. Сколько всяких мероприятий проводилось в те годы. Умели и веселиться, и учиться, и трудиться.

Ида Романовна вспоминает одну историю. Время было трудное, страна только-только восстанавливалась. Так вот, создали в школе пионерскую дружину, знамя передали, а барабана и горна (а это были основные атрибуты дружины) нет. Попросили ребят подождать немножко. Но как ждать, что это за пионеры без барабана и горна?! Талантливых ребят среди пионеров много: и петь, и плясать, и стихи читать мастера, в пионерской дружине художественная самодеятельность была на высоте. Решили ребята подготовить концерт и дать его за деньги. В порядке исключения в горкоме комсомола дали добро. Сходила пионервожатая в д. Селищи, договорилась с председателем колхоза, и в субботу, после учебы, юные артисты по льду через реку отправились выступать. Баянист у них был рабочий 5-го отряда (был такой строительный отряд в ту пору в Белом Городке) Владимир Тель, а баян он доверил нести одному из юных артистов, уж больно тот этого хотел. Надо же было такому случиться, что этот парнишка поскользнулся на льду, упал, и от баяна отлетела одна деталь — инструмент вышел из строя. Баянист вернулся с полдороги, а ребята решили концерт не срывать, обойтись без баяна. Подошли к клубу, народ уже толпится. Кассиры продали самодельные билеты, концерт начался. Ребята были очень воодушевлены тем, что зрители, узнав, для чего им нужны деньги, давали вместо 30 копеек по 50 копеек, а кто и целый рубль. Но и юным артистам надо отдать должное: если это была пляска, то плясовую играли на губах, прихлопывая в ладоши. Играли так, что у зрителей ноги ходуном ходили, тоже в пляс просились. Каждый номер сопровождался овацией. А когда концерт закончился, зрители принесли кто хлеба, кто сала, кто молока. Вот так, дав несколько концертов, школьники приобрели горн и барабан, купили для пионерской комнаты шашки, не забыли и баянисту дать на ремонт баяна, только он отказался от этих ребячьих денег, сказал, чтобы купили еще что-нибудь полезное, и они купили книги.

В те годы действительно школьники во главе с мудрыми взрослыми многое делали своими руками. Хуже от этого еще не стал никто. Сейчас, к сожалению, детей в школе к труду не приучают, а на какие-то школьные нужды деньги берутся из родительского кармана. Ида Романовна в те годы была одной из лучших пионервожатых. Она вообще выбирала те сферы, где работать надо в тесном контакте с людьми, а, может, они выбирали ее. После работы пионервожатой была инспектором отдела кадров ОРСа БССР завода. Она стала и организатором художественной самодеятельности в ОРСе. Сама этот период (1957–1971 гг.) вспоминает так: «В то время два замечательных человека, два патриота поселка — директор клуба А. А. Говоров и руководитель хорового коллектива А. В. Тарбеев предложили всем жителям поселка жить, работать, растить детей, отдыхать как в нашей любимой песне «Нам песня строить и жить помогает». Это предложение жители одобрили и поддержали. Так по инициативе Говорова и Тарбеева на каждом предприятии, в каждом цеху завода, стройотряда была организована художественная самодеятельность, обязательно с хоровым коллективом, хотя в самом клубе был хор, насчитывающий более 60 человек, работали различные кружки. Поселок действительно стал певучим».

Думаю, как полезно нам, нынешним, живущим столь разобщенно, знать это. Хорошо бы, и среди нас нашлись такие Говоровы, Тарбеевы, Толстеневы, которые умеют объединять людей, настраивать их на жизнь, учить дружить, помогать друг другу, быть терпимыми друг к другу. Все это умели наши отцы и матери, бабушки и дедушки. Как не кивай, что время нынче другое, что многое, если не все, решают деньги, но человеческие отношения не отменяются ни в какие времена. И мы всегда вспоминаем об этом только, к сожалению, в самые трудные минуты для нас. Но вспоминаем же… А надо помнить, как помнит об этом всегда Ида Романовна. И живет она по тем принципам, что заложены в ней с детства. Скажите, что сегодня сделает могущественный или менее могущественный родитель? Постарается пристроить свое чадо, пусть порой и не очень способное, как можно лучше в этой жизни, обеспечить всем, чем только можно. Ведь не секрет, в стране сегодня целый клан детей-мажоров, бездельников, ничего не делающих, но имеющих при этом такие блага, какие и не снились человеку, всю жизнь работающему «как раб на галерах».

А вот Иду Романовну, явно имеющую большие организаторские способности, заметим, рекомендованную коллективом, где трудится, Роман Васильевич Храмов секретарем в поссовет не взял, ответив: «Вы уж давайте тогда и жену мне в заместители, раз дочь секретарем рекомендуете!». Строгих правил был человек и семейственность разводить в поссовете, местной власти, никак не хотел. Правда, Ида Романовна впоследствии все равно стала и депутатом, и секретарем поссовета, но отец к тому времени был на заслуженном отдыхе. Этой работе тоже отдано семь лет. Вот та радиопередача, о которой говорила вначале, и была как раз в тот период.

Потом Иду Романовну настойчиво стали звать на БССРЗ паспортисткой в ЖКО. Приглашала начальник отдела кадров. И именно с ней некоторое время спустя и возникнет конфликт. Да такой, что выплеснется далеко за рамки поселка, он станет предметом широкой гласности. Причем, если бы И. Р. Толстенева сидела и помалкивала, как это было до нее, ничего бы и не было. Ну и пусть сами себя защищают те, кто пострадал от произвола начальницы, а пострадавших было много. Но не такова Ида Романовна, она никогда не терпела бюрократизма, особенно в отношениях с людьми. Начальница могла сказать: «Ой, старик, некогда нам, приходи завтра». На завтра то же самое. Кому-то забудет медаль вовремя вручить, кому-то в трудовой книжке запись неверную сделает и т. д. и т. п. Смотрела, смотрела на все это Толстенева и «взорвалась», обратилась за помощью к газете, уже прекрасно зная, что место работы придется потерять.

Вот тогда газета и встала на защиту своего селькора. Было это в 1981 году. Мы, две молодые журналистки, автор этих строк и Нина Скабицкая, с проблемой справились. Материал по тем временам был достаточно острый, могли и схлопотать, но и редактор П. В. Ефремов умел защитить и отстоять своих штатных и нештатных корреспондентов. Газетное выступление сделало свое доброе дело — защитило хорошего человека и поставило на место зарвавшегося начальника.

Конечно, Ида Романовна давно простила свою обидчицу, она шла по жизни дальше, стараясь как можно больше приносить пользы своим землякам, своему поселку. Много лет проработала агентом Госстраха, опять же работала с людьми. Но где бы она не работала, плясунья и певунья, она не расставалась с художественной самодеятельностью, даже при поселковом совете была своя художественная самодеятельность. Хотя основателем «Белогородских поседок» была учительница К. И. Слободчикова, ныне покойная, но инициатором и душой коллектива всегда была Ида Романовна. Так что знаменитые ныне «Поседки» ее детище.

В сентябре 2000 года тогдашняя глава администрации поселка Панина Людмила Николаевна предложила Иде Романовне войти в состав комиссии по организации краеведческого музея в Белом Городке. Ида Романовна согласилась отчасти потому, что именно ее отец Роман Васильевич вынашивал эту идею. Сейчас этот музей существует, но без Иды Романовны, что я лично считаю неверным, неправильным. Она слишком много сделала для этого, и отодвигать ее на второй план как-то не совсем, мягко говоря, красиво. Тем более что, несмотря на свой достаточно серьезный возраст, Ида Романовна еще бодра и энергична. Да, судьба преподносила ей «сюрпризы»: потеря сына, сейчас выхаживает после инсульта мужа, своего Петечку, как она его называет, ее надежную и верную поддержку во всем. Посмотрела я на эту пару и увидела, что несмотря ни на что, они счастливые люди. У них есть еще один прекрасный сын, любимые внуки, часто навещающие дедушку с бабушкой.

Ида Романовна настолько деятельна, что успевает собирать материалы о жизни поселка. Вырезки из газет, рукописные записи, что я считала бы особенно ценным, фотографии из старых альбомов — все это богатый материал. Мне думается, эту ее кропотливую работу должна взять под свое крыло администрация поселка и помочь ветерану довести ее труд до логического конца. Ведь то, что собрано у Толстеневой — это история поселка, история того, чем и как жили люди Белого Городка, история того, чего уже нет и не будет, но это надо сохранить в нарицание потомкам.

Много в жизни Иды Романовны Толстеневой было моментов, как и у каждого из нас, когда как в песне хотелось «уйти, куда попало, закрыть свой дом и не найти ключа», но… «И пусть сегодня дней осталось мало, и выпал снег, и кровь не горяча, я в сотый раз опять начну сначала, пока не меркнет свет, пока горит свеча…».

Зоя Кораблина

Top