Граф Литта

Граф Юлий Помпеевич Литта, видный военный и политический деятель России, выходец из Италии. Его богатая приключениями биография имеет связь с бывшим селом Кимры. Джулио-Ди-Ринотто-Помнео-Литта родился в 1763 г. в Милане (Италия), принадлежал к знатной аристократической фамилии. Уже в юном возрасте он был посвящен в рыцари Мальтийского ордена, служил на военном корабле. В 1789 г. прибыл в Россию в чине капитан-командора. Во время войны со Швецией отличился, произведен в контрадмиралы. При императоре Павле Первом стал видным лицом в правительстве. Литта поддерживал связи с Мальтийским орденом, Великим Магистром которого становится русский царь. Павел Первый способствовал браку величественного, почти двухметрового роста, графа Литты с вдовой, красавицей, владелицей кимрской вотчины Екатериной Васильевной Скавронской. Однако впоследствии Литта превысил свои полномочия, представляя интересы не только Мальтийского ордена, но также католиков римского папы, начал участвовать в политических интригах. Импульсивный Павел Первый в гневе выслал Литту в имении жены — село Кимры. В Кимрах, как гласят легенды, граф вознамерился построить дворец. Но после убийства Павла Первого новым императором Александром Первым он был возвращен в столицу. Недостроенный дворец в Кимрах был разобран, его кирпичи использованы при строительстве Покровского собора; в народе же место это и поныне зовется «Графской горой». Литта уже не занимал высоких должностей при дворе, но все же достиг придворного звания обер-камергера, стал членом Государственного Совета; известно, что в его подчинении был и камер-юнкер, поэт А. С. Пушкин.

В 1829 г. умерла супруга графа, Екатерина Васильевна Скавронская. Юлий Помпеевич Литта после ее кончины прожил еще 10 лет, оставив громадное наследство своим родственникам в Италии и особенно горячо любимой им Юлии Павловне Самойловой, внучке Екатерины Скавронской (1803–1875).

О графе Литте сохранилось немало воспоминаний современников. Вот одно из них: «Мы так привыкли видеть графа Литту в каждом салоне, любоваться его вежливым и вместе барским обхождением, слышать его громовой голос, смотреть на шахматную игру, за которою он проводил целые вечера, любоваться его бодрою и свежею старостью, что невозможно было не вспоминать о нем каждую минуту, особенно тогда, когда его не стало». М. И. Пыляев в конце 19 века в своей книге «Старое житье. Замечательные чудаки и оригиналы» пишет: … «Граф Литта отличался несколькими эксцентрическими особенностями: во-первых, голос его громкий и сильный, звучный, густой, бархатный бас слышался везде и покрывал собою все другие не только голоса, но иногда и звуки оркестра… Голос графа в обществе получил наименование «трубы архангела при втором пришествии». Во-вторых, граф, не будучи вовсе большим гастрономом, страстно любил мороженое и поглощал его страшными массами, как у себя дома, так, везде, где только бывал. Так, во время каждого антракта в театре ему приносили порцию за порцией мороженого, и он быстро его уничтожал. Граф считался баснословным потребителем мороженого…

Граф Литта жил совершенно в одиночестве в своем доме на Большой Миллионной, близ арки, в доме, теперь принадлежавшем Министерству финансов. Окна большого барского дома Литты никогда не были освещены и являли собой какой-то унылый и грустный вид.

Вдруг, в одну ночь, когда медики объявили графу, что ему остается жить не долее нескольких часов, к удивлению всех соседей, мрачный дом озарился огнями сверху донизу, загорелись и яркие плошки у подъезда графа. У римских католиков обряд приобщения святых тайн совершается с некоторою торжественностью; граф и приказал засветить все люстры, канделябры и подсвечники в комнатах, через которые должен был проходить священник со святыми дарами. Умирающий в памяти и совершенно спокойно приказал подать себе в спальню изготовленную серебряную форму мороженого в десять порций и сказал: «Еще вопрос: можно ли мне будет там в горних (на том свете — В.К.) лакомиться мороженым!». Покончив с мороженым, граф закрыл глаза и перекрестился, произнеся уже шепотом: «Салватор (известный в то время кондитер) отличился на славу в последний раз», — и перешел в лучший из миров, где он не знал, найдет ли мороженое…

Граф умер 24 января 1839 года…

Сибирская язвана кимрской земле

Одним из бичей в прошлом была страшная для животных и людей болезнь — сибирская язва. В Тверском государственном архиве сохранились некоторые документы по данной теме, датированные 1888 годом. В Корчевском уезде Тверской губернии (нынешние Конаковский и Кимрский районы) имели место быть случаи вспышки сибирской язвы. Власти принимали меры к ее прекращению и захоронению падших животных в особых могильниках. К сожалению, некоторые из них попали в акваторию рукотворного Иваньковского водохранилища (Московского моря). Так, что не исключено, что споры болезни могут появиться на месте отдыха граждан. Об этой опасности в недавнем прошлом рассказывало Центральное телевидение. Мы укажем несколько мест нахождения могильников павших от сибирской язвы животных на территории нашего края за 1888 г.

Д. Ново-Никольское — в 1 версте от деревни; захоронение в надлежащем виде.

Д. Харинка -в 1 версте от деревни, в лесу, близ проселочной дороги.

Д. Липня — близ проселочной дороги.

Д. Старо-Никольское, в 1,5 версты от деревни; захоронение устроено хорошо.

С. Крева в сосновом бору, в 250 метрах от села.

Д. Малая Крева, в 150 саженях от деревни, в вырубке; захоронение устроено хорошо.

Д. Меленки — в 1,5 км от деревни, в лесу.

Д. Омутня — в 1,5 верстах от деревни, в лесу

Д. Подберезье (ныне г. Дубна). 2 захоронения; одно — в 1,5 верстах от деревни, в вырубке; другое — близ большой дороги, в 1 версте от деревни.

Г. Корчева. В 1 версте от города в лесу Окопано канавой глубиной в 2 аршина, обнесено валом высотой в 1½ аршин.

Д. Соболево — в ¼ версты от деревни, в поле. Захоронение исправлено в присутствии ветврача.

С. Губин-Угол — в ¼ версты от села, в поле. Захоронение исправлено.

Д. Санниково. 2 могилы находятся между амбарами. Исправлено в присутствие ветврача. С. Горицы. В 1,5 верстах от села и в ¼ версты от большой дороги.

Д. Кошкино — в ¼ версты от деревни, в выгоне.

С. Никитское — в 1 версте от села, в лесу. Захоронение устроено хорошо.

Д. Горбачево. В поле, в ½ версты от деревни. Исправлено в присутствие ветврача 7 июля. Д. Петухово. 2 кладбища. Одно в поле, в 250 саженях от деревни. Второе — в другом поле,

100 саженях от деревни, близ проселочной дороги. Оба исправлены — обсыпаны негашеной известью в присутствии ветврача 9 июля.

С. Стоянец (Стоянцы). 2 кладбища. Одно в поле, близ Паскинской дороги, второе в другом поле, в 1 версте от села. Исправлено в присутствии ветврача 12 июля.

Д Якимцево. 3 кладбища. В ½ версте от деревни, в поле, исправлено в присутствии ветврача 16 июля.

В 1887–1888 гг. сибирская язва была замечена лишь в Стоянцевской волости, в д. Петухово и в д. Марково Горицкой волости.

Top