«Земля — лучший учитель и воспитатель. Она не прощает ошибок»

  • IMG_1503.jpg
  • IMG_1505.jpg
  • IMG_1506.jpg
  • IMG_1509.jpg
  • IMG_1523.jpg
  • IMG_1522.jpg
  • IMG_1515.jpg
  • IMG_1502.jpg

«Зачем везти из дальних стран овощи, фрукты, молочные, мясные товары, отдавая заказы чужим поставщикам, когда наши собственные производители готовы, хотят работать, выходить на общеевразийский рынок со своими не уступающими, а часто даже превосходящими по качеству продуктами?»

Президент Российской Федерации,
Владимир Путин

На 19-й Российской агропромышленной выставке «Золотая осень-2017» награду за вклад в реализацию Доктрины продовольственной безопасности и высокую финансовую дисциплину получил глава КФХ из Кимрского района Андрей Ельников. Андрей Алексеевич — фермер и владелец крестьянского фермерского хозяйства в деревне Николо-Неверьево Печетовского сельского поселения. Ко дню работников сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности — наш материал о человеке, для которого работа на земле стала своеобразным спасением и способом духовного развития.

— В юности я не понимал выражения «душа болит». Где находится душа? Как она может болеть? Есть ли она вообще? Но наступил в жизни момент, когда я не мог назвать происходящее со мной никак иначе.
Андрей Алексеевич родился в семьдесят третьем году, и время его становления как взрослого человека, время осмысления кардинальных для мировоззрения вещей, пришлось на девяностые годы, когда после перестройки на фоне потока новых импортных товаров в стране началась разруха и всеобщая депрессия. Покинув родные Кимры и отучившись в Петербурге на электрика, Андрей по призыву пошел на военную службу и оказался в пограничных флотских подразделениях северного городка Полярный. Тяжелые условия, всеобщее равнодушие и почти тюремные порядки — в то время из-за сильного недобора в армию попадало много потенциальных зэков — сказывались не лучшим образом на тех, кто еще пытался сохранить в себе остатки человечности и цивилизованного отношения к людям.
— Однажды, когда я стоял на вахте — а стоять приходилось часов по восемь, на морозе — я вдруг ощутил в себе ужасно сильное желание изменить свою жизнь. В этот момент словно чей-то голос прозвучал в голове: «Брось курить!» Поколебавшись, я выбросил за борт почти нетронутую пачку сигарет. Я до этого много раз пытался бросить, но потом начиналась ужасная ломка. А в этот раз ломки не было. Как отрезало! И знаете, что удивительно? Вместе с курением из моей жизни ушел мат. На флоте, как вы понимаете, матом не ругаются, а разговаривают, но почему-то я моментально избавился от нецензурщины — и стал замечать, то, что общаясь со мной, ребята тоже переставали ругаться.
Но это было только начало большого пути, на котором дальше встретятся и разочарование, и боль, и безысходность, и серьезные болезни.
После армии Андрей осознал, что у него есть много вопросов, ответить на которые можно только получив высшее образование. Он смог поступить в военно-морской институт, но уже через полтора года перевелся в архитектурно-градостроительный, так как не мог принять многих реалий жизни военного.
— Там, в институте, я познакомился с молодыми ребятами, которые увлекались чтением Евангелия и иногда собирались, чтобы обсуждать прочитанное. Я раньше думал, что Библия и Евангелие — очень сложные книги. Но, оказалось, они написаны простым доходчивым языком и касаются тех вопросов, которые на тот момент волновали меня больше всего.
Постепенно пришло понимание, что надо вернуться в родной город. Это был конец девяностых, в стране постепенно начинался экономический подъем. Андрей смог удачно вписаться в местный компьютерный бизнес и дела пошли в гору. Однако, душевного спокойствия все не было, ведь жизнь частного предпринимателя — это напряженный график и непрерывная цепочка стрессов. Как следствие тяжелого состояния души пришла странная болезнь с постоянными рецидивами — тело покрывалось язвами, исчезал аппетит, появлялась слабость вплоть до потери сознания.
— Я ездил лечиться в Тверь, там в больнице меня уже знали. Как почувствую, что опять подступило — сразу еду, без направления, меня на два дня под капельницу, а потом несколько дней прихожу в себя. И я стал использовать эти дни для духовных поисков. Понял, что мне нужен храм. Я заходил в православные храмы, общался с представителями различных сект — но все время что-то не устраивало. И лишь когда я там в больнице познакомился с кимрячкой, встреча с которой оказалась знаковой, я понял, что не нужно искать идеала, потому что и сам я не идеален. И что все, что нужно для духовного развития, у меня уже есть. Есть люди, с которыми я всегда могу поговорить о Боге и о том, что меня волнует. Есть книги, в которых я могу найти ответы на вопросы.
Так начался новый этап жизни — общение с людьми, близкими по духу и посильная помощь нуждающимся. К нему часто приходили люди, опустившиеся на дно жизни, в надежде, что «добрые самаритяне» подержат рублем. Но Андрей Алексеевич видел, что финансовая благотворительность не помогает им выбраться из ямы, в которой они оказались, ведь причина была не в отсутствии денег, а чаще всего в банальной алкогольной зависимости.
— Я стал думать, как можно помочь этим людям, и пришел к выводу, что лучший способ духовного исцеления — работа на земле, подальше от городских соблазнов. Стал искать брошенные фермы — и нашел в Николо-Неверьево. Там удачно получилось, местные продали мне еще несколько земельные паев — и получились неплохие сельскохозяйственные угодья. Мы восстановили здание фермы, от которого был почти голый остов с остатками стен. И, хотя я еще не знал, хочу ли заниматься животноводством, меня уговорили взять тридцать телят — а потом отступать было уже поздно. Ферма была еще не утеплена, корма не заготовлены, пришлось заниматься всем сразу. Я много раз ехал на ферму с желанием все свернуть и распродать — но, как только на дороге заканчивался асфальт, прежний настрой куда-то испарялся и появлялось желание работать.
Крестьянское фермерское хозяйство «ИП Ельников» появилось в 2006 году, и на сегодняшний день специализируется на производстве молока, а также кормовой базы для крупного и мелкого рогатого скота и домашней птицы. Одно из последних новшеств — заготовка семенного материала медоносных растений для пчеловодческих хозяйств. На ферме — сорок три коровы пород ярославка и айшира, канадский бык мясной породы герифорд и около двадцати телят. Дойка производится трижды в день (для этого доярке приходится вставать в четыре утра), в сутки получается около четырехсот литров молока, которые реализуются в Кимрах и через частные заказы.
— К сожалению, сейчас мало желающих работать на земле. Особенно среди молодежи. Как начали в начале девяностых вещать с экрана: «Бери от жизни все», так и аукается это до сих пор. Телевидение воспитывает в нас зависимого от развлечений потребителя, по сути же — вгоняет народ в рабство и лень. Отсюда и нежелание работать.
Рыба ищет, где глубже, а человек — где лучше. Сейчас сложно представить, что юноши и девушки, насмотревшись голливудских фильмов о красивой жизни, захотят пойти работать доярками и скотниками, чтобы вставать засветло, месить сапогами грязь, отмывать заскорузлые коровьи шкуры, возиться с доильными аппаратами — по сути, вести жизнь реальных ковбоев девятнадцатого века, весьма далекую от привычной по вестернам картинки. Сложно принять мысль, что ежедневный тяжелый труд тоже может доставлять удовольствие — как говорится, «быть в кайф». И умильные глаза коровушек — весьма слабый аргумент. Но стоит взглянуть на доярку Раису Ивановну Золотареву, отработавшую на ферме десять лет — и видишь перед собой красивую, самодостаточную женщину, с блеском в глазах и приятной улыбкой. А ведь независимость и самодостаточность — это именно те качества, которые привлекают нас в столичных жителях и манят обаянием вечной «американской мечты».
— Когда я занялся фермой, моя болезнь ушла, — говорит Андрей Алексеевич. — Из тела и из души. Насовсем. И до сих пор ферма для меня — это своего рода духовный путь, и в саморазвитии, и в общении с людьми, и в способности, так сказать, менеджмента.  В советское время нам внушали, что рабочий — это крутой специалист, а колхозник — это так, это любой может. А, если задуматься, выходит наоборот. Рабочий — это специалист в очень узкой области, вне которой он мало что умеет. А для того, чтобы жить и работать на земле, нужно иметь очень много знаний и навыков из совершенно разных областей, по сути быть универсалом. Иначе ничего не получится. Земля — лучший учитель и воспитатель, она не прощает ошибок. Их последствия можно увидеть не сразу, а, допустим, через полгода. Но ты знаешь, что никто не исправит их за тебя.
Многих хозяйств из тех, что начинали в 2006 году, уже не существует, по разным причинам. Возможно, не всем хватило веры — в себя, в государство, в то, что если делать все возможное, то помощь придет и надежда на лучшее появится. Забавно и странно, что именно в деревне с названием Николо-Неверьево есть фермерское хозяйство, где вера является главной движущей и силой и мотивацией для тех, кто там работает.
Надежда ТИТОВА
Фото Сергея ТИТОВА

Top